Предстраховой осмотр перед КАСКО, удалённый убыток, оценка машины при выкупе или trade-in, счёт партнёрского СТО, заключение эксперта — решения о деньгах принимаются по снимкам, к которым нет никаких требований. Цена вопроса измерима: за девять месяцев 2025 года мошенники нанесли страховщикам 3,2 млрд ₽ ущерба (ВСС), и быстрее всего растёт КАСКО.
TrustVisor подписывает фото и видео аппаратным ключом в момент съёмки. Клиент снимает машину по одноразовому коду, агент и эксперт — по постоянному ключу, а страховщик проверяет любой файл за минуту, не полагаясь ни на чьё слово. Съёмка работает на Android 10 и новее; клиента с iPhone снимает комиссар, эксперт или сотрудник СТО по своему ключу.
Наш сервис помогает разным отраслям бороться с разными видами подделок. Вот из чего он состоит:
Осмотр снимает агент, аварийный комиссар или сам страхователь — нашим приложением, по ключу или по разовому коду.
Открываете файл на нашем сайте или получаете вердикт по API: подлинно ли, когда, где и с какого устройства снято, менялся ли файл после съёмки.
Постоянный ключ сотруднику — 600 ₽ в месяц, от десяти ключей 400 ₽. Тариф «Бизнес» — 5 000 ₽ в месяц: сто разовых кодов для подрядчиков и ключи по 400 ₽. Первый месяц бесплатно.
Урегулирование убытка — это цепочка, в которой решение о деньгах принимает одна сторона, а факты для этого решения собирает другая. Почти каждый участник видит только часть картины и вынужден полагаться на слово соседнего звена. Масштаб конвейера: только по ОСАГО за 2025 год урегулировано 1,98 млн убытков на 232,5 млрд ₽ выплат (РСА) — и почти каждый начинается с фотографий.
Попал в ДТП, снимает повреждения телефоном и подаёт заявление. Именно от качества и достоверности его снимков зависит, получит он 400 000 ₽ или 100 000 ₽ — при этом никаких инструментов подтвердить подлинность своих фотографий у него нет. Добросовестный водитель здесь в том же положении, что и недобросовестный.
Платит и несёт весь риск ошибки, но при дистанционном урегулировании не видит ни автомобиля, ни места происшествия. Решение принимается по присланным файлам, происхождение которых нечем проверить, кроме метаданных. По данным ВСС, доля заявлений с признаками мошенничества, по которым возбуждают дела, снизилась с 31% за 2024 год до 21% за девять месяцев 2025-го: рассчитывать, что спорную выплату разберут за вас, приходится всё меньше.
Клиент фотографирует собственный убыток, поэтому подозревать приходится каждого — и добросовестное большинство платит за это временем проверок и выездами. Подпись переворачивает логику: файл честного клиента проходит проверку сам, а внимание достаётся оставшимся.
Выезжает на место и фиксирует обстоятельства. Его работу оплачивает страховщик или страхователь — и в обоих случаях он оказывается стороной, у которой есть свой интерес. Подробнее об этом ниже.
Проводит независимую техническую экспертизу. Кто вправе её проводить, определяет ст. 12.1 закона № 40-ФЗ — а вот каким инструментом эксперт документирует повреждения, закон не диктует вовсе. Экспертизу оплачивает одна из сторон, вторая всегда может заказать свою, и заключения нередко расходятся. Подписанные кадры дают обеим сторонам один исходный материал: спорить остаётся об оценке, а не о том, что было на фотографии.
Ремонтирует по направлению страховщика и одновременно выставляет ему счёт. Объём работ определяет тот, кто на этом объёме зарабатывает.
Сегодня. КАСКО выдают по снимкам агента или клиента — отличить свежий кадр от прошлогоднего нечем, повреждения «до» всплывают после.
С подписью. Машина снята здесь и сейчас: место, время и целостность в подписи. Старые фото отсеиваются проверкой, а не интуицией андеррайтера.
Сегодня. Аварию фиксируют ГИБДД, «Помощник ОСАГО» и ГЛОНАСС — государственные каналы, и они работают.
С подписью. Честно: ничего не меняется — это не наша зона. Наша работа — осмотры до аварии и всё, что происходит после неё.
Сегодня. Клиент присылает снимки сам — уже около 30% убытков КАСКО урегулируются дистанционно, а требований к достоверности файлов нет.
С подписью. Файл честного клиента проходит проверку сам — время осмотрщиков достаётся действительно сомнительным случаям.
Сегодня. Счёт СТО и заключение эксперта держатся на их же фотографиях; второе заключение нередко спорит с первым.
С подписью. У обеих сторон один исходный материал — спорить остаётся об оценке, а не о том, что было на кадре.
Сегодня. Экспертиза постфактум инсценировку почти не ловит — сцена уже построена, а дела возбуждают всё реже.
С подписью. Время и место в подписи отсеивают инсценировку в момент подачи, а не после экспертизы.
Узкое место — успеть проверить достоверность присланных снимков: на конвейере, где по КАСКО треть убытков урегулируется дистанционно, а по ОСАГО их 1,98 млн в год, вручную это не масштабируется. Подпись проверяется за секунды — в любом объёме.
Государство первым сделало снимок основанием для суммы: по европротоколу размер возмещения зависит от наличия фотофиксации — ст. 11.1 закона об ОСАГО (Банк России). Это ОСАГО. В КАСКО, где сумму определяете вы, требований к снимку нет вовсе — а денег на кону больше.
Требования правительства к фотофиксации по европротоколу сводятся к анализу EXIF — модель камеры, время, геолокация. Это ровно те данные, которые правятся в любом фоторедакторе за минуту.
Страховщики публично раскрыли схему (РИА Новости, 30 июня 2026): мошенники берут фото автомобиля из соцсетей и объявлений и обрабатывают через ИИ — дорисовывают повреждения или убирают их. Есть и вариант с двойной выплатой: сперва подают ИИ-отретушированное «отремонтированное» фото, покупают новый полис — затем подают старые снимки с повреждениями заново и получают выплату второй раз за одно и то же.
Самая доходная схема года по версии страховщика: подержанная иномарка с повреждениями, косметический ремонт — и полис КАСКО со страховой суммой в 1,5–2,5 раза выше реальной стоимости. Дальше автомобиль разбивают в тотал и требуют выплату по заявленной, а не по настоящей цене. Одна компания за 2025 год предотвратила 2 230 таких попыток — в полтора раза больше, чем годом раньше, — отказала в выплатах на 786 млн ₽ и довела дело до 122 уголовных дел («Т-Страхование» · РИА Новости).
Показательная деталь из того же отчёта: когда страхователю предъявляют собранные доказательства, в 50–60% случаев он отзывает заявку сам, не доводя до суда. Неоспоримое доказательство работает до разбирательства, а не в нём — ровно на этом стоит и наш механизм.
Град — причина двух третей обращений по КАСКО после непогоды три года подряд: 60% в 2023-м, 67% в 2024-м, 64% в 2025-м (Росгосстрах). Для выплаты нужна справка гидрометслужбы о том, что явление было, — и один такой документ становится основанием сразу для тысяч не связанных между собой заявлений. О состоянии конкретного автомобиля до шторма он не говорит ничего: старые вмятины в теории предъявляются под официально подтверждённую дату нового града.
Эксперт умеет отличать свежие следы от старых — но это разбор постфактум, когда сумма уже оспаривается. Подписанный снимок кузова «до» — при продлении полиса или перед сезоном гроз — превращает дорогую экспертную реконструкцию в сопоставление двух кадров с доказуемыми датами.
Проверка заявления сегодня — это не пустое место, а несколько наложенных друг на друга механизмов. Проблема в том, что все они опираются на одно и то же допущение: присланный файл — настоящий.
Идея простая: не проверять файл потом, а лишить смысла саму попытку его подменить. Подпись ставится там же и тогда же, где и когда получен кадр.
Съёмка — обычным Android-смартфоном, приложение работает как привычная камера. Отдельного оборудования не нужно.
Подпись в момент съёмки — аппаратным ключом в защищённом чипе устройства. Ключ не покидает чип и недоступен даже при полном доступе к телефону, поэтому подписать задним числом уже готовый файл нечем.
Манифест — к файлу прикладываются время, место и модель устройства, а к видео на платном тарифе — ещё и журнал показаний датчиков за время съёмки. Это не EXIF: манифест накрыт той же подписью, что и сам кадр, поэтому править его по отдельности бессмысленно.
Проверка любой стороной — получатель открывает файл в верификаторе и видит вердикт. Проверка идёт целиком в браузере и не требует доверять нашему серверу.
Результат — вердикт: ПОДЛИННО, МОМЕНТ НЕ ПОДТВЕРЖДЁН, НЕ АТТЕСТОВАНО или ИЗМЕНЁН — и подробности: что именно совпало, а что нет. Проверяющий видит факт, а не читает объяснения.
На странице «Как это работает» — интерактивные модели всего сервиса: телефон, верификатор и панель, которые можно пощёлкать по-настоящему. И наглядный фокус: меняем один байт в подписанном видео — и проверка ловит подделку у вас на глазах.
Цена вопроса там измерена давно: мошенничество обходится страховой отрасли США в $308,6 млрд в год (Coalition Against Insurance Fraud), а около 10% имущественных убытков содержат элемент обмана (NICB / Triple-I).
Проверяет медиа в реальном времени — 50+ проверок на ИИ-генерацию, скриншоты, аномалии метаданных, криптографически запечатывает файл до попадания в дело. Уже встроен в Xactware (продукт Verisk — крупного игрока страхового ПО).
Один мошенник использовал одно устройство 400+ раз — кольцо из 8 групп, 2000+ поддельных заявок, предотвращённый ущерб свыше $1 млн.
C2PA-метки подтверждают, где и как снято фото — цепочка доверия, устойчивая к подделке. На практике комбинируется с «сертифицированным судебным захватом»: устройство, геолокация, время, хеш целостности, квалифицированная печать по регламенту eIDAS.
Ожидается, что C2PA станет основным механизмом соответствия EU AI Act к 2027 году.
Это не гипотеза — это открыто признанная в отрасли проблема, у которой уже есть регуляторная история.
Часть страховых держит комиссаров в штате, часть привлекает по договору. В отраслевых источниках прямо признаётся: «есть добросовестные и профессиональные, а есть недобросовестные, находящиеся под влиянием страховых компаний» — доверие к стороннему комиссару не решено индустрией, а просто названо проблемой.
Страховая направляет на ремонт к партнёру именно «для контроля качества» — но споры о завышенном объёме и стоимости работ настолько распространены, что у клиента есть отдельное законное право заказать независимую экспертизу при подозрении. Верховный суд отдельно обязал страховщика согласовывать направление на СТО с потребителем — это признанная регуляторная головная боль, не мелочь.
Рычаг у вас уже есть. Правила КАСКО и договоры с СТО и комиссарами пишете вы. Подписанный снимок можно вписать условием дистанционного урегулирования, ускоренной выплаты или оплаты счёта СТО — так же, как государство вписало фотофиксацию в европротокол. Тогда вопрос «как заставить подрядчика снимать через приложение» решается не уговорами, а пунктом договора: нет подписанного кадра — нет оплаты.
У андеррайтинга, урегулирования и безопасности разные деньги на кону и разный первый шаг. Ниже — по одному на каждого, плюс те, кто снимает для вас по договору.
Схема «полис дороже машины» живёт в предстраховом осмотре: старые повреждения на машине с пробегом, потом тотал по завышенной сумме. Агент или инспектор снимает кузов, VIN и одометр по постоянному ключу — кадр с датой и местом, которые не переписать, ложится в акт. Никакого клиента, никаких айфонов: это контроль своей стороны. Тот же снимок «до» при продлении полиса закрывает град — см. выше. Ключ — 600 ₽ в месяц, от десяти — 400 ₽; на тарифе Business — 400 ₽ с первого ключа.
Клиент получает одноразовый код в СМС или в вашем приложении, ставит TrustVisor и снимает повреждения — с местом, временем и подписью чипа. ИИ-ретушь, прошлогоднее фото и повторная подача по старым снимкам отсеиваются при приёме, а время осмотрщиков достаётся действительно сомнительным случаям. Условием дистанционного урегулирования подписанный кадр делаете вы — в правилах КАСКО. Клиента с iPhone снимает комиссар или СТО. До 100 кодов — 5 000 ₽ в месяц; дальше каждая сотня — 4 000 ₽; на больших объёмах — по договорённости.
Когда страхователю предъявляют собранные доказательства, в 50–60% случаев он отзывает заявку сам. Подписанный файл — такое доказательство: его проверит эксперт, суд и перестраховщик, не доверяя ни вам, ни нам. Отказ в выплате и регресс к виновнику опираются на кадр, а не на слово вашего же сотрудника. Проверка — в браузере любой стороны, отчёт о проверке печатается одной кнопкой.
Ст. 12.1 закона № 40-ФЗ определяет, кто вправе проводить экспертизу, но не каким инструментом. Постоянный ключ на устройстве — и каждый снимок в заключении, акте комиссара или согласовании скрытых повреждений несёт подпись, время и место: его проверит любая сторона без доверия к автору. Экспертная организация покупает ключи сама и продаёт страховщику проверяемый отчёт; СТО согласует скрытые повреждения по файлам, которые страховщик проверит без повторного осмотра. Ключ — 600 ₽ в месяц, от десяти человек — 400 ₽.
Без изменений в вашей системе: приложение у снимающего, кабинет или API у вас. Файлы проверяются при приёме автоматически — открывать каждый вручную не нужно.
Постоянный ключ — эксперту-технику, аварийному комиссару или штатному сотруднику на регулярную съёмку. Тариф Pro, работает офлайн, без обязательств по каждой отдельной заявке.
Одноразовый код на заявку — тариф Business, если снимает клиент или независимая сторона: настраиваются лимит фото/видео, обязательность геолокации, обязательность быть на связи всё время съёмки.
Проверка на объёме — файл, присланный по коду или ключу, проверяется при приёме автоматически: вердикт ложится в журнал кабинета и уходит вебхуком в вашу систему урегулирования вместе с номером заявки. Статус заявки — выпущен → активирован → снято → проверено — виден без открытия файлов.
API — выпуск кода на заявку, статус и вердикт по файлу вызываются из вашей системы урегулирования или мобильного приложения; код клиенту уходит вашим же каналом. Обычный HTTP, без библиотек. Что при отказе нашего сервера: съёмка по ключу и проверка файлов продолжают работать, сервер нужен для выпуска новых кодов и подтверждения момента.
В страховании снимают на осмотре: комиссар, агент или сам клиент. Почти всё настраивается один раз, при подключении. Вопросы ниже — то, что мы спрашиваем при первом разговоре. Ответьте на них — и рядом сложится описание того, как у вас будет устроена работа. Всё уже выбрано по самому частому случаю: меняйте только то, что у вас иначе.
Это не настройка компании: формат выбирает тот, кто снимает, прямо в приложении и в любой момент. Здесь — чтобы понять, о чём вам удобнее попросить.
Снятые файлы не попадают в галерею телефона — они лежат в закрытой памяти приложения. Там же блокнот: заметки, вложения, голосовые и аудио по работе, с поиском и закреплением важного.
Сотруднику это значит, что рабочее не перемешивается с личным: кадры с объекта не улетят в чужой чат вместе с отпускными, а рабочие записи не лежат вперемешку с перепиской с семьёй.
Компании — что рабочие материалы не расходятся по личным мессенджерам, галереям и незащищённым заметкам, а живут в приложении, привязанном к выданному ключу. При увольнении ключ отзывается, и доступ закрывается вместе с ним.
Мелочи, которые спрашивают чаще всего. Все — один раз.
Сотруднику вы один раз выдаёте постоянный ключ — на него и его телефон. Дальше он снимает как обычной камерой.
Съёмка идёт онлайн, с геоданными. Момент съёмки подтверждается нашим сервером сразу.
На выходе — архив .trustvisor. Байты доезжают нетронутыми, а видео извлекается при проверке.
Файл вам отправляют вручную — вложением, ссылкой или по кабелю.
Отдельная панель не нужна: файл проверяют в браузере — бесплатно, без регистрации, ничего никуда не отправляя.
Постоянный ключ — 600 ₽ в месяц за человека, от десяти ключей сразу 400 ₽. Панель кабинета для этой модели не нужна; если она появится, ключи станут по 400 ₽ с первого ключа, без порога в десять штук.
Считаем от вашего процесса, а не от одного гипотетического мошенника.
Цена случая условная — подставьте свою среднюю выплату. Свою цифру ключей и кодов на объёме считайте по тарифам.
Это не прогноз, а три уже принятых решения — регулятором, рынком страхового ПО и европейским законодателем.
Мы не просим менять процессы, выделять бюджет или внедрять что-то «по всей компании». Выберите одну точку, где доверие ещё не наработано: новые агенты, один партнёрский осмотрщик или дистанционные убытки одного региона. Две недели они снимают как обычно — просто через наше приложение.
Через две недели у вас цифры: сколько съёмок, сколько прошло проверку — и как выглядит спорный случай, когда у вас есть подпись.
Месяц бесплатно — без карты и договора. Если решите продолжить, выберете любой тариф. Срок можно продлить:
Ваше приложение подтверждает, что файл загружен к вам на сервер. Спор с клиентом, перестраховщиком или судом это не закрывает: им всем предлагается верить вашему серверу.
Подпись в момент съёмки проверяется без доверия к кому-либо — в том числе к нам. Съёмка идёт по коду в нашем приложении, а проверка встраивается в ваши системы по API: результат тот же поток файлов, только каждый из них теперь доказательство, а не просто изображение.
Два формата. Штатным осмотрщикам, аварийным комиссарам и экспертам — постоянные ключи: 600 ₽ на человека в месяц, от десяти — 400 ₽; на тарифе Business — 400 ₽ с первого ключа. Сотрудник один раз вводит ключ и дальше просто снимает.
Клиентам и продавцам машин — одноразовые коды на заявку: панель на 100 кодов — 5 000 ₽ в месяц. Выпустили код, человек установил приложение, снял — файл пришёл вам любым каналом. Выпуск кодов и проверка доступны и по API, прямо из вашей CRM.
У вас и у клиента. По умолчанию мы файлов не получаем: подпись ставится на устройстве, а проверка идёт в браузере — файл не загружается на наш сервер. Если вы включите доставку в кабинете, файл пойдёт транзитом в ваше собственное хранилище — в папку Яндекс.Диска, которую вы укажете сами. Своей полки для чужих съёмок у нас нет: файл проходит через сервер за секунды и там не остаётся, а срок хранения архива задаёте вы у себя. Задержаться файл может только при недоступном хранилище — тогда он ждёт повторов не дольше недели и удаляется. Пока доставка выключена, на нашей стороне остаются только данные об использовании ключей и кодов; они хранятся на сервере в России, как требует 152-ФЗ.
Приложение работает на Android 10 и новее; проверять файлы можно с любого устройства, включая iPhone. Для клиентов с iPhone используйте сценарий агента: осмотр проводит ваш сотрудник или партнёр со своим Android-устройством и постоянным ключом. Честно скажем: покрыть съёмкой самого клиента весь поток это пока не позволяет.
Мотивацию задаёте вы: подписанный снимок как условие дистанционного урегулирования или ускоренной выплаты в правилах КАСКО — так же, как государство сделало фотофиксацию условием выплаты по европротоколу. Код приходит ссылкой, установка из Google Play и съёмка занимают минуты, а приложение ведёт по шагам, как привычная камера.
Для тех, кто не хочет или не может — включая владельцев iPhone, — остаётся сценарий агента: осмотр проводит ваш сотрудник или партнёр со своим устройством.
Договор — публичная оферта, оплата по счёту или картой, закрывающий документ — чек самозанятого (ИП на налоге на профессиональный доход) на всю сумму подписки. Фотографии клиентов у нас не хранятся: по умолчанию файл не покидает устройство, а при включённой доставке проходит транзитом и удаляется после проверки; персональные данные из журналов ключей и кодов лежат на сервере в России.
При недоступности нашего сервера съёмка по постоянному ключу и проверка файлов продолжают работать: они от него не зависят. Сервер нужен для выпуска новых кодов и подтверждения момента, и у него есть резерв; при сбое восстанавливаем в течение дня.
Задним числом — честно, ничем: подпись ставится в момент съёмки и прошлое подтвердить не может. Поэтому запись «до» имеет смысл делать процессом, а не разовым жестом: код клиенту при продлении полиса или перед сезоном гроз в регионе — съёмка кузова занимает пять минут.
Тот же приём закрывает повторное предъявление старых повреждений: если при каждом урегулировании фиксируется состояние «после ремонта», у следующей заявки появляется проверяемая точка отсчёта.
Из приложения съёмка выходит двумя способами. Первый — пакет .trustvisor: внутри сама запись, все данные о съёмке и подпись. Второй — обычный MP4 или JPEG, в который подпись вшита: такой файл открывается любым просмотрщиком, вставляется в акт и при этом проверяется на нашей странице так же, как пакет.
Пересылать можно, пережимать нельзя. Мессенджер, который отправляет снимок «фотографией», уменьшает и пересжимает его — подпись после этого не сходится, и проверка честно покажет «изменён». Отправляйте файлом (в Telegram и WhatsApp это отдельный пункт «Документ» или «Файл»), кладите в почту вложением или в вашу систему как есть. Почта, ЭДО, облако и наша доставка в кабинет ничего не пережимают.
Снятые файлы не лежат в галерее телефона: они в закрытой памяти приложения, откуда сотрудник отправляет их кнопкой «Поделиться». Так что случайно отправить «не тот» кадр из галереи не получится.
Отдельных правил для фото- и видеодоказательств в российском праве нет — суд оценивает их в совокупности с остальными материалами. Манифест TrustVisor фиксирует время, место и устройство съёмки и подтверждает, что файл после неё не менялся: это не гарантия победы, но заметно более сильная позиция, чем снимок без происхождения.
Ближайший признанный аналог — нотариальный протокол осмотра: суд принимает его, даже если оригинал потом утрачен, а обстоятельства, подтверждённые нотариусом, по закону не нужно доказывать. У нашей подписи такой силы нет. Но протокол стоит от 8 250 ₽ за случай, и на рядовой осмотр нотариуса не зовут; подписанная съёмка стоит около 50 ₽ и защищает те осмотры, которые иначе остались бы без защиты вовсе.
Да, и это главное. Код, которым считается вердикт, открыт: github.com/Mikhail-Savkin/Trustvisor_verify_core — разбор пакета, сверка подписи, разбор цепочки аппаратной аттестации и правило вердикта, лицензия Apache-2.0. Там же спецификация формата и две настоящие съёмки для проверки. Ваша ИТ-служба или судебный эксперт повторяет проверку своим кодом, не обращаясь к нам и не доверяя нашему сайту.
Оформить ДТП без ГИБДД можно только при совпадении всех условий сразу. Если хоть одно не выполнено, вызов инспектора обязателен по закону — на эту часть процесса мы не претендуем и альтернативой ей себя не предлагаем.
Опишем, где именно в вашей цепочке (комиссары, СТО, эксперты) это встанет лучше всего.
Лимиты выплат и условия европротокола — ст. 11.1 закона об ОСАГО и материалы Банка России (cbr.ru). Требования к фотофиксации, включая запрет на изменение данных EXIF, — постановление Правительства РФ. Данные о мошенничестве — Всероссийский союз страховщиков (конференция «Барьер-2025», итоги 2024 и 9 месяцев 2025) и Банк России, «Мониторинг региональных рисков недобросовестных действий в ОСАГО». Независимая техническая экспертиза — ст. 12.1 закона № 40-ФЗ. Тарифы нотариального обеспечения доказательств — публикуемые прайсы нотариусов, 2026. Международная практика — Truepic, C2PA. Мошенничество с КАСКО за 2025 год — данные РСА («Известия»). Объёмы урегулирования — РСА (autoins.ru); дистанционное урегулирование — Банк России, «Росгосстрах», «Деловой Петербург»; мировой масштаб — Coalition Against Insurance Fraud и Triple-I. Часть отраслевых оценок — самозаявленные данные заинтересованных сторон, не независимый аудит. Схема завышения страховой суммы и статистика предотвращённых случаев одной компании — «Т-Страхование» · РИА Новости (январь 2026). Доля града в обращениях по стихии — Росгосстрах (июль 2025). Актуально на август 2026 года.